ЮграТВ online
04 Декабря 2016
23:32
пт
/
сб
вс
00:45
01:55
пн
/
вт
/
ср
/
чт

Главная / Наши программы / Архивные / Без посредников / Выпуски программ

01.11.2012

Время выхода: 01.11.2012
01.11.2012

В Ханты-Мансийске завершилась Международная научная конференция «Сибирские угры в ожерелье субарктических культур: общее и неповторимое», которая была посвящена 25-летию со дня основания этнографического музея под открытым небом «Торум Маа». Участники научного форума, в том числе, должны были сформировать основные положения модернизации музея «Торум Маа». Удалось ли им это сделать, расскажет заместитель директора Института археологии и этнографии Сибирского отделения Российской Академии наук Аркадий Бауло.

Таких этнографических музеев под открытым небом, как «Торум Маа», в России и за рубежом много?

В России мало. За рубежом я был не везде, но много. В России, в европейской части Польши, на территории Сибири и Восточной Сибири таких музеев буквально единицы.

То есть, можно сказать, что не везде они есть у нас?

Далеко не везде. В Западной Сибири – «Торум Маа» и музей под открытым небом, который существует у нас в Новосибирске на базе нашего Института археологии и этнографии. Есть музей в Иркутске и в Улан-Удэ. Югре повезло - это редкая ситуация.

По истечению 25 лет со дня основания «Торум-Маа», какие, на взгляд ученых, в первую очередь, музей может претерпеть изменения и насколько они могут быть масштабными?

Мне кажется, что перспективы музея налицо. Что хорошего можно сказать о нем - то, что они собрали некоторый материал, сделали некоторую экспозицию, создали некоторую экскурсионную программу. Это первый этап, который можно считать прекрасным для 25 лет. Я думаю, что есть мировая модель. Могу привести корейский опыт. Чем отличается корейский музей от «Торум Маа»? Тем, что там демонстрируется повседневная жизнь. То есть, там Вы идете по территории музея и есть дом, в котором изготавливают тут же деревянные изделия и продают. В следующем доме отливают из металла что-то традиционное и Вам продают. В следующем доме делают бумагу по китайским образцам и продают Вам. И есть дом, где шаман. То есть, я думаю, что вот по этой ситуации должен двигаться музей «Торум Маа», хотя бы по выходным дням должны быть такие действенные программы.

То, что в музее нет вводной части – это вообще восполнимо? То есть, охота, рыбалка.

Я думаю, что охоту, рыбалку здесь, конечно, они не покажут, но у них по выходным дням, в 14:00 и в 16:00, показывается свадебная церемония и проход по этому музею. Я думаю, что показать свадебную церемонию такого ракурса несложно. Можно показать деревообрабатывающее производство, изготовление из бересты и тут же эти сувениры будут продаваться.

Насколько сегодня в перспективе научное исследование этнической культуры обских угров? Или все уже изучено, найдено – смотрите и знакомьтесь?

Это очень сложный вопрос, но, тем не менее, я думаю, что на 90% можно сказать о том, что эта культура изучена. А 10%, скорее всего, это то, что мы все-таки изучаем современную культуру в развитии - какие традиции сохраняются, какие традиции исчезают, как трансформируются традиции. Но, забегая вперед, мы как раз говорим о том, что большая часть материалов, слава Богу, накоплена в музеях, в том числе Ханты-Мансийского округа.

В связи с этим, если 90% уже изучено, можно сказать, что культура находится в процессе умирания? Или есть перспектива того, чтобы и дальше развиваться?

Я бы не согласился с тем, что она умирает. Если Вы почитаете работы IХХ века, там очень много таких пессимистических перспектив. Исследователь пишет, что этот народ, эта культура умрет через 20 или через 50 лет. Прошло 100 лет, а она не умерла. Хотя я бы тоже довольно скептически отнесся к перспективе развития этой культуры, но, тем не менее, я думаю, что эта культура все-таки будет сохраняться, потому что промышленное усвоение Севера идет не такими ударными темпами, чтобы окончательно эту культуру снести. А народ, конечно, будет выживать. Только, пожалуй, тенденция видна, как и во всем мире – люди стремятся в города.

А что на данный исторический момент для ученых интересно в этой культуре, с исторической, этнографической точки зрения?

Есть такая расхожая точка зрения о том, что обским уграм повезло как никакому другому народу Российской Федерации в плане публикаций и того количества исследований, которые они отработали на территории. Я Вам могу ответить, что эта культура уникальна. Подобных народов в Российской Федерации не существует. Уникальность заключается в том, что когда меня спрашивают: «Что такое культура обских угров, если представить в образ?», я отвечаю, что для меня это губка. Она легко вобрала в себя сасанидское, иранское серебро в VI веке, потом немного заимствовала у татар, потом у русских. Это заимствование только насыщало эту культуру, а сама культура не разрушалась. Если ответить на Ваш вопрос: «Что там можно найти интересного?», то это единственная культура, в которой на сегодня можно найти сасанидское, иранское, царское блюдо, которых в мире всего известно 20 штук, из них одно - хантов.

Насколько археологические раскопки интересны в историческом плане на территории Югры? Потенциал есть у них?

Потенциал есть. Правда, потенциал этнографический уменьшается, потому что мы здесь работаем более 25 лет, скоро уже 30. Мы практически изучили, наверное, большую часть. Перспективы здесь связаны с археологическими исследованиями, потому что округ в плане этих исследований изучен очень мало. И если эти исследования будут продолжаться и активизироваться, то я предполагаю, что наши знания увеличатся и они скорректируются в какие-то наши теории. То есть, я бы связывал перспективы работы больше с археологией, чем с этнографией.

Можно ли ждать какую-то сенсацию?

Можно. Я повторяю, эта культура – единственная в Российской Федерации, которая сохраняет в живых этнографических комплексах столь древние памятники, допустим, как до нашей эры, нашей эры. И памятники, которые идут из культур совершенно этничных. Я приводил пример с иранскими блюдами – это элитные вещи мировой культуры и в Иране они не сохранились, потому что арабы это все уничтожили. Сегодня история Ирана изучает, но уже источников-то нет, но эти источники могут быть найдены на светилище хантов. Тем самым на это иранское блюдо нанесен какой-то существенный вклад, в историю культуры Ирана. Это очень необычно, такие находки могут еще быть.

По территории округа существует проблема черных компаний и насколько эта проблема масштабна и серьезна?

Очень серьезная проблема. Я могу сказать, что я очень внимательно отслеживаю все сайты черных археологов последние 3 года. В прошлом году я ездил в ПТО. Порядка 400 образцов средневекового литья. Он так и называется – «Древняя бронза из этнографических комплексов и случайных сборов». Случайных – это мягко говоря. В течение года на сайтах черных археологов появляются до 200 находок с территории Ханты-Мансийского автономного округа – это одна из самых активно разрабатываемых черными археологами территорий Российской Федерации. Меня только радует, может быть, то, что я вижу, что количество таких находок начинает все-таки уменьшаться. Что говорит о том, что они уже прошли по многим известным памятникам и, скорее всего, не так много перспектив у них осталось. Это катастрофическая проблема в округе, они разрушают все.

Государство сейчас достаточно заинтересовано в сохранении этнической культуры или все ограничится какими-то показательными праздниками и местной самодеятельностью?

Наверное, нехорошо в родное государство бросать кирпичами, но я бы ответил, что мне кажется, что оно слабо заинтересовано. Просто мы здесь работали в 80-е годы и работаем сейчас. Я могу сказать однозначно, что положение хантов и манси катастрофически ухудшилось. Та безработица, которая сегодня существует, та бесперспективность и исчезновение селений людей, и исчезновение культур на лицо. Я думаю, что государство все-таки недостаточно вкладывает усилий в то, чтобы эту культуру сохранить.

Какие на Ваш взгляд профессиональные задачи таких музеев, как «Торум Маа» сейчас и изменятся ли они в ближайшей перспективе?

Я думаю, что у любого музея есть задача – сохранение экспоната, его реставрация и, обязательно, научное описание, введение в научный труд и при этом уже научная популяризация. Всем этим принципом работа ханты-мансийских музеев отличается. Более того, я могу сказать, что примером образцовой работы, на мой взгляд, является Музей природы и человека. В те времена, когда директором была Степанова Людмила Васильевна, она, когда сделала этот новый музей, построила очень правильную модель. Были вложены большие средства, построены прекрасные здания, но у них не было серьезных научных кадров. И она построила эту модель активного привлечения сотрудников Российской академии наук, как для создания экспозиций, так и для приобретения экспонатов в ходе наших экспедиций и последующих описаний. На мой взгляд, это совершенно правильная модель – темная связь музеев и научных учреждений Российской Академии наук. Это модель существует и в «Торум Маа», может быть, в меньшей степени, чем в Музее природы и человека, но я считаю, что как раз эти столичные музеи являются хорошей принципиальной моделью для сохранения этого культурного наследия.


Видео

475

Действующие лица
Архив выпусков
29.12.2015

29.12.2015

В студии - митрополит Ханты-Мансийский и Сургутский Павел.
286
17.12.2015

17.12.2015

В студии – двукратный чемпион мира по биатлону Дмитрий Ярошенко.

245
15.12.2015

15.12.2015

В студии – боец смешанных единоборств Джефф Монсон.

301
08.12.2015

08.12.2015

В студии - руководитель Управления Федеральной антимонопольной службы по Югре Артур Дёмкин.

316
03.12.2015

03.12.2015

В студии - военный комиссар Югры Юрий Буров.

276

Оставить комментарий
Ваше имя
Ваш E-Mail
Текст сообщения
Символы на картинке
Защита от автоматических сообщений